Власть и общество

Физики, лирики и… клирики


Текст:  Татьяна КУТАРЕНКОВА

К номеру:  35 (508)


07 Августа 2013 года

Ключевые слова:
церковьнаукадиалог

Возможен ли компромисс богословской и научной мысли? Нужна ли Церкви интеллигенция, а интеллигенции – Церковь? В современном мире две стороны могут говорить на одном языке и плодотворно взаимодействовать. А слова «верующий» и «интеллигент» вовсе не являются противопоставлениями друг другу.

Если исходить из определения, данного философом и литературоведом Сергеем Аверинцевым, интеллигенция – это образованный слой населения, люди, получившие какое-то образование – гуманитарное или естественное и продолжающие трудиться в этих областях. 

В отношениях Церкви и интеллигенции были разные времена, и вопрос этот очень неоднозначен. В течение многих веков в Европе клирики боролись с учеными, называя их чуть ли не сатанистами, – достаточно вспомнить несчастного Джордано Бруно. И в то же время Церковь сама отнюдь не сторонилась знаний: уже в Средние века в стенах монастырей учеными монахами создавались летописи, художественные произведения, проводились исследования в области алхимии, биологии, медицины, географии и астрономии. В России Православная церковь также строго относилась к каким-либо попыткам мирян познать промысел Божий. Но при этом как не вспомнить отца Павла Флоренского, которого называют «русским Леонардо да Винчи»? 

ХХ век в России стал наиболее противоречивым периодом в отношениях Церкви и интеллигенции. С одной стороны, интеллигенцию нередко обвиняют в том, что именно она «заварила кашу», приведшую в итоге к катастрофе 1917 года, которая, в свою очередь, привела к антирелигиозному террору и десятилетиям безбожия. Но в то же время среди тех, кто вопреки запретам и гонениям ходил в храмы и укрывал в своих домах священников, было очень много ученых, литераторов, врачей, философов… В постсоветское время начался процесс возвращения Церкви верующим. Вместе с этим в Церковь потянулась интеллигенция. Та, что раньше ходила тайком, теперь уже стала приходить законно и свободно. Появилось и много неофитов. 

Сегодня компромисс веры и знания возможен. Прекрасным подтверждением тому является уникальный опыт Свято-Филаретовского православно-христианского института (СФИ), который в этом году отметил свое 25-летие. Этот опыт подтверждает: жизнь светская и духовная не только не противоположны друг другу – они могут взаимодействовать и взаимообогащать друг друга. Девиз института – «Свет Христов просвещает всех». Здесь могут обучаться и клирики, и миряне. Более того, руководство института ратует за то, чтобы ряды студентов пополнялись людьми разных традиций, культур, национальностей. – Здесь не готовят исключительно священнослужителей. Мы готовим своего рода церковную интеллигенцию, – говорит ректор СФИ, священник Георгий Чистяков. – Наш институт не является церковным учебным заведением в традиционном понимании. Мы больше уделяем внимание тем, кто хотел бы лучше понимать свою веру и связанную с нею жизнь, и стараемся по возможности максимально сближать веру и жизнь. За прошедшие 25 лет, включая нынешний год, здесь обучились 2133 человека. В этом году на всех образовательных программах СФИ учатся 448 человек. У нас есть два факультета – богословия и религиоведения. Разработан ряд образовательных программ. Мы стараемся находить персональный подход к каждому. Выпускники института работают в самых разных сферах – преподают в других богословских институтах, церковных учреждениях, занимаются наукой, трудятся в общественных организациях. 

Лишних знаний не бывает, в том числе и для верующего человека. Нельзя не вспомнить слова святого Филарета, митрополита Московского: «Никому не позволено в христианстве быть вовсе неученым и оставаться невеждою». – Однажды мне предложили прочитать курс лекций о Данте в Свято-Филаретовском институте, – рассказывает филолог, переводчик, доктор богословия и член Попечительского совета СФИ Ольга Седакова. – Меня это очень удивило: почему в православном учебном заведении интересно творчество поэта-католика? Мне ответили: «Христианин должен понимать всю историю христианской мысли». И это правильно: не должно быть нужных и ненужных предметов для православного человека. Это приведет лишь к сужению опыта. Но все же сейчас немало интеллигентов по-прежнему относится к Церкви сложно. Зачастую – без доверия. Почему? – Отчасти потому, что недостаточно знают и понимают традицию, – говорит отец Георгий. – Для взаимопонимания нужны старания той и другой стороны. Церкви важно найти общий язык с интеллигенцией, особенно с молодежью. Хочется надеяться на то, что и интеллигенция сможет поддержать в себе данный ей духовный дар, и не абстрактно, а конкретно нести данную ей духовную ответственность. А это сближает ее с Церковью, которая тоже несет эту ответственность – перед народом. На кого еще может смотреть Церковь, если не на мыслящего и образованного человека? Поэтому взаимодействие Церкви и интеллигенции я считаю естественным. Постепенно происходит налаживание диалога Церкви с представителями науки. По словам заведующего кафедрой богословских дисциплин и литургики Свято-Филаретовского института Давида Гзгзяна, ученым и Церкви все больше хочется общаться – это демонстрируют научные конференции СФИ, на которых можно встретить и философов, и социологов, и филологов, и представителей Церкви. – При этом ученые не отказываются от своих утверждений. Так, астрономы продолжают считать, что Вселенная была всегда. Богословы убеждены в идее создания мира Богом, – говорит Давид Гзгзян.

– Но это не означает, что мы не понимаем самого принципа творения. Мы не воспринимаем идеи ученых как вызов нам. Мы выстраиваем конструктивный диалог на основе имеющегося взаимного интереса. По мнению отца Георгия, диалог труден, но возможен. В качестве примера он вспоминает знаменитого ученого, философа и литературоведа Сергея Аверинцева – интеллигента и верующего, который всегда был открыт для диалога и с Церковью, и с научным миром.