Власть и общество

Классика фильтрации не поддается

Классика фильтрации не поддается
Классика фильтрации не поддается
Не успела отшуметь дискуссия о единой концепции преподавания истории, как возник новый диспут: как выработать единые подходы к преподаванию в школе литературы?
И нужны ли они вообще? Весьма актуальная тема для дискуссий в Год литературы. Семинар по истории отечественной литературы на гуманитарном факультете одного из московских вузов. За партами – первокурсники. Приступаем к обсуждению произведения, но вместо диалога в аудитории начинается путаница. Оказывается, одна половина группы проходила это произведение в школе, другая – нет. 

Разбираем произведение: одни видят конфликт так, другие – иначе. Вопрос, кто главный герой, и вовсе ставит в тупик. Студенты вязнут в непролазной каше, запутавшись в самых разных трактовках из учебников, разных точках зрения преподавателей… Одни сыплют пахнущими нафталином формулировками из советских времен, другие выдают совершенно фантастические версии. Их хочется пожалеть. Ни у одного поколения еще не было такой сумятицы в головах. И в этом не их вина. Литература в российской школе – предмет многострадальный. То ему «ампутировали ноги», отменив сочинение. То ввели тестовую проверку знаний. Вместо того чтобы анализировать тексты, вникать в суть конфликта и особенности исторического контекста, учащиеся стали судорожно зазубривать, как звали лошадь Вронского и сколько пуговиц было на мундире Болконского. К счастью, в прошлом году сочинение вернулось в число выпускных экзаменов. Но эта мера, как оказывается, все равно не спасет ситуацию. 

Накопилось слишком много вопросов. Какие авторы и какие произведения должны быть в программе обязательно? Имеет ли право учитель по своему усмотрению вносить в списки для чтения изменения? По каким учебникам заниматься? Какую трактовку произведения брать за основу? Как сегодня толковать те или иные высказывания классиков и литературных героев? На чем делать акцент в анализе произведения? В конце ушедшего года Председатель Государственной Думы РФ, глава Российского исторического общества Сергей Нарышкин выступил с инициативой создания единой концепции преподавания в школе. Некоторые депутаты уже высказались даже за разработку единого учебника. Учебник или концепция? Лучше всего спросить об этом у педагогов-филологов. Что мы и сделаем. 

– Нужен ли единый учебник литературы – сложный вопрос. Старшекласснику, который готовится поступать на филфак, нужен один учебник. А будущему математику или врачу – совсем другой: зачем ему учить про ямбы и анапесты? К тому же сегодня сильно ощутим разный уровень домашней подготовки детей. Нельзя рубить сплеча, нужно взвесить все «за» и «против», – считает литературовед, доктор филологических наук, профессор ИМПЭ им. А.С. Грибоедова Владимир Агеносов. Школьник должен видеть разные точки зрения и концепции. Так считает доцент кафедры истории русской литературы ХХ века филологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Елена Зубарева. По ее словам, единый учебник не сможет охватить все, поэтому речь может идти только о единой концепции преподавания литературы. Но так ли важен в первую очередь учебник?

«Я не помню свой школьный учебник по литературе, зато хорошо помню прочитанные произведения. Важен не столько учебник, сколько тексты и слово учителя», – говорит и.о. ректора Литературного института им. А.М. Горького, писатель Алексей Варламов. Таким образом, специалисты все же против единого учебника, но за единую концепцию, которая бы отражала разные подходы, взгляды и точки зрения. А каким же тогда должен быть подход к формированию списка обязательных для чтения книг? Учитывая новое время, новое сознание школьников, стоит ли кого-то и что-то «сбрасывать с корабля современности»? И стоит ли отказывать в пропуске в школьную программу произведениям, отражающим нелицеприятные страницы истории и недостойные явления действительности? 

Вот что думает об этом Алексей Варламов: «Русскую классику не нужно фильтровать. В русской литературе и XIX века, и ХХ века нет ничего разрушающего или унижающего человеческую нравственность. И в советское время, когда нельзя было купить Евангелие, именно русская литература незаметно прививала вечные христианские ценности. И нельзя сегодня выбирать между Шолоховым и Солженицыным, между Буниным и Маяковским. Все это – наша история и наша литература, отразившая трагедию народа в ХХ веке». 

По мнению профессора кафедры истории русской литературы ХХ века филологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Михаила Голубкова, подлинное преподавание литературы предполагает не замалчивание негативных сторон нашей действительности, а попытки осмысления. Стремиться к идейному единству произведений школьной программы – тоже утопия. Сама литература противостоит этому. «Литература – это множество взглядов и мнений. Все тексты полифоничны, все герои спорят. И весь смысл в том, чтобы человек, читая книгу, смог разобраться в себе и своих отношениях с миром», – полагает Елена Зубарева. Новая концепция, по мнению экспертов, должна учитывать и особенности современных учащихся. «В постсоветское время произошла не деградация, а резкая социальная дифференциация, – говорит профессор кафедры истории русской литературы ХХ века филологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Галина Зыкова. – Сегодня дети очень разные. Не только в школе – даже на первом курсе филфака МГУ. Кто-то в 18 лет уже пишет такие тексты, которые не каждый взрослый писатель способен создать. А у других полностью утрачено умение видеть тексты, понимать хотя бы на буквальном уровне то, что было написано два века назад, умение запоминать прочитанное – возможно, из-за обилия обрушивающейся сегодня информации». 

Но самый страшный враг литературы – плохой преподаватель. Умный, обаятельный и добрый учитель сможет привить любовь к чтению на всю жизнь. В противном случае в будущем человек не захочет лишний раз брать в руки книгу, предпочитая смену ярких картинок на экране, чтобы не напрягать фантазию. Поэтому особое внимание концепция должна уделить подготовке педагогов. Очевидно, что дискуссия о том, по каким программам преподавать литературу в школе, будет продолжаться. И мы будем продолжать разговор о единой концепции с учителями школ, вузовскими преподавателями, учениками и их родителями в следующих номерах «СВ»