Власть и общество

Валентина ИВАНОВА:

Валентина ИВАНОВА:
Валентина ИВАНОВА:

К номеру:   ()


01 Декабря 2008 года

«Главное – не потерять интереса к знаниям»

Энергия этой женщины поражает. Казалось бы, после активного депутатства в Госдуме (третий и четвертый созывы только со стороны могут показаться кому-то «тихими и безмятежными») самое время немного передохнуть. Ан нет! У Валентины ИВАНОВОЙ, председателя Всероссийского педагогического собрания и координатора партии «Единая Россия» по взаимодействию с учителями, члена Генерального совета «Единой России», доктора экономических наук, ректора Московского государственного университета технологий и управления (МГУТУ), и сегодня нет свободной минуты. К чести Валентины Ивановны должен заметить, что, как только мне удавалось задать вопрос, она немедленно отключалась от всего окружающего, яростно ее атакующего, и старалась дать максимально исчерпывающий ответ. Вот так закалка, подумалось мне. Такой ректор – достойный пример для профессоров, преподавателей и, конечно, студентов... – Как председатель Всероссийского педагогического собрания и координатор партии «Единая Россия» по взаимодействию с учителями вы могли бы назвать основные проблемы детей XXI века?
– Проблемы воспитания, пожалуй, самые главные. Большое внимание уделяется образовательному процессу, технологиям – тут и компьютеризация, и информатизация, и всевозможные стандарты... А вот так, чтобы во весь рост поднимались проблемы воспитания, – этого, как мне кажется, пока все-таки нет.
– Что могло бы помочь решению столь важных проблем?
– Да хотя бы возрождение детских организаций, движений, которые были бы тесно связаны со школой, другими учебными заведениями. Конечно, без серьезной всероссийской Ассоциации детских организаций не обойтись. Поэтому наше Всероссийское педагогическое собрание выступило с инициативой объединения детских и юношеских организаций, существующих сегодня в стране, в одну – общероссийскую.
– Дело достойное, разве кто-то спорит?
– О, еще как! Ряд газет набросились с яростной критикой, на телевидении обсуждался этот вопрос с явной ехидцей: мол, вы что, решили пионерию возродить, по комсомолу соскучились?
– Так кто же и почему выступает против инициативы Педагогического собрания?
– Думаю, дело тут отчасти и во мне. Я, председатель Педагогического собрания, – из «Единой России», как-никак в членах Генерального совета состою... И потому некоторые любители пошуметь, толком не разобравшись, считают, что я выступаю за создание очень серьезной политической молодежной организации. Да к тому же якобы по заданию сверху. На это я четко хочу возразить: никакого задания нам не давалось.
– Но кто-то же вас поддерживает?
– Решение о создании ассоциации было принято на слете детских общественных организаций России – в присутствии более 400 детей из 175 организаций, представлявших 47 регионов России. Участники обратились к Президенту РФ Дмитрию Анатольевичу Медведеву с особым письмом по этому поводу.
– Значит, вопрос решается. Что конкретно даст детским организациям объединение в ассоциацию?
– Основное правило ассоциации – каждая из детских организаций будет сохранена как структура и направление, но они будут получать централизованное финансирование из федерального бюджета. Ведь все эти организации региональные, а регионов-доноров у нас всего-то пятнадцать, остальные дотационные... При этом не может быть и речи, чтобы кого-то тянуть в ассоциацию силком. Только добровольное решение руководителей этих организаций станет для них пропуском.
Социализация детей – одна из основных задач будущей ассоциации. Организация должна вовлечь в первую очередь социально активных детей, а вслед за ними и остальных. Основные усилия должны быть направлены на то, чтобы «уводить» детей и подростков с улицы – от правонарушений и наркомании. Такая работа должна проводиться на лучших примерах гражданственности и патриотизма, которые сегодня крайне необходимы молодежи.

– Все так, но известно ли вам, к примеру, что средняя по стране зарплата школьного учителя – 10-12 тысяч рублей, на селе и того меньше – 5-7 тысяч? Это в десять, если не больше раз меньше средней зарплаты чиновников. Разве в такой ситуации можно всерьез говорить о подъеме уровня образования?
– Согласна, крайне нездоровая ситуация, когда учитель вынужден прозябать в нищете. Но это исправляется. В стране идет активное движение за создание новой системы оплаты труда. Там, где уже удалось внедрить новую систему оплаты, средняя зарплата выросла как минимум на 50 процентов. Скажем, в Санкт-Петербурге учитель получает в среднем никакие не пять или семь, а 22-25 тысяч рублей в месяц. И во всех других регионах, я уверена, с нового года будет повсеместно вводиться новая система оплаты труда. Серьезно вырастает уровень зарплат и у преподавателей высшей школы. Кстати, наше Всероссийское педагогическое собрание разработало на эту тему два законопроекта.
– Вы и тут занимаетесь законотворчеством?
– Да, конечно, ведь это приемлемо. Наш первый законопроект – об увеличении пенсии народным учителям России в два раза. Их всего-то 250 человек на всю Россию... Общество просто обязано облегчить жизнь своим, может быть, даже самым заслуженным людям. Правда, нас попросили доработать этот законопроект и включить в него народных артистов, художников, скульпторов... Словом, всех представителей той или иной отрасли гуманитарного и социального направления, где присутствует понятие «народный». Их действительно мало – как и народных учителей. В целом, мы посчитали, не больше тысячи человек на многомиллионную Россию.
– Капля в море!
– Но это, конечно, не капля, а скорее наш самый дорогой бриллиант. Почему теперь эти люди, в большинстве своем с подорванным здоровьем, подчас совсем одинокие, должны умирать в нищете? Ясно, что тут нужен закон. Мы подготовили законопроект и разослали по учебным заведениям страны. Те, кто с нами согласен, могли его подписать. Мигом собрали сто тысяч подписей! Привезли подписные листы в Москву, и «Единая Россия» нас поддержала. Так что и этот закон будет принят, не сомневаюсь. Как и закон о сохранении учителю положенных выплат за выслугу лет при выходе на пенсию – это второй законопроект, который разработан Всероссийским педагогическим собранием.
– Серьезная у вас организация – палец в рот не клади...
– Действительно не стоит. Всероссийское педагогическое собрание сегодня объединяет 240 тысяч учителей страны. Помните «дело» Александра Михайловича Поносова, директора сельской школы села Сепыч Верещагинского района Пермского края, которого пытались привлечь к уголовной ответственности за установку контрафактного программного обеспечения в школе? Больше года бились мы, защищая фактически ни в чем не виновного педагога от нападок чрезмерно ретивой прокуратуры. Дошли до Д.А. Медведева – он тогда еще не был президентом России. Он доложил ситуацию Владимиру Владимировичу Путину, и тот тоже нашу позицию поддержал. После этого случая Медведев сказал: хорошо, мы дополним необходимой статьей наш приоритетный национальный проект «Образование» и в дальнейшем лицензионное программное обеспечение для всех школ страны будем закупать за счет федерального бюджета. Директора школ сразу повеселели – теперь никакой «Майкрософт» не страшен!
– Вы известный сторонник двухуровневой системы образования. Расскажите, пожалуйста, о ее приоритетах.
– Двухуровневая система – это бакалавры и магистры. Я действительно выступала в Госдуме при рассмотрении законопроекта о переходе высшего образования на двухуровневую систему. Суть ее заключается в том, что при отсутствии обязательного распределения мы должны сначала позволить студенту получить фундаментальную общеуниверситетскую подготовку, скажем, за четыре года. И стать бакалавром. Диплом бакалавра – это свидетельство общей компетенции, которую гарантирует государство. А вот дальше можно выбирать: либо сразу устраиваться на работу, либо повышать уровень знаний, обучаясь еще, скажем, 10-15 месяцев до квалификации высшей – магистра. Но тут надо заметить, что бизнесу бакалавры, как правило, не нужны.
– Вы бы желали, чтобы ваш вуз перешел на двухуровневое образование?
– Конечно, это же современный подход, выгодный и государству, и бизнесу. Не говоря уже о совершенно счастливом выпускнике... Самое главное, конечно, чтобы работодатели обеспечивали первичную занятость. Кстати, нам предстоит разработать на эту тему закон, который бы обеспечивал определенное квотирование мест, чтобы у всех выпускников была работа.
– Образование и экономика тесно связаны между собой?
– Очень. Задача заключается в том, чтобы приблизить уровень подготовки специалиста к тем запросам, к той потребности, которые сейчас испытывают экономика и бизнес. Образование и экономика, образование и бизнес – вот эту парадигму, эту взаимосвязь я определила бы сейчас как наиважнейшую.

– Как вы полагаете, мировой финансовый кризис, который так или иначе затронул и наше государство, как-то отразится на образовательной сфере?
– Безусловно. Более чем вдвое упала цена на нефть – значит, пострадает бюджет государства. Это не может не сказаться на всех сферах жизни, в том числе и образовании.
– Хотелось бы услышать от вас, доктора экономических наук, суждение о том, что происходит сегодня в мире. Эту напасть называют кризисом мыльных пузырей, надутых бумаг, мошенничеством...
– В принципе верно: в мире выросла гигантская пирамида под названием, понятным каждому россиянину: «МММ Соединенных Штатов Америки». Пришло время, и эта финансовая громадина рухнула.
– А почему осколки разлетелись по всему миру и нам тоже достается?
– Потому что наши предприятия кредитовались у зарубежных банков. У нас даже такие велись показатели, как привлечение инвестиций из-за рубежа. Ими гордились... Когда случился финансовый обвал, зарубежные банки потребовали свои деньги вернуть. Обычно же как? Срок погашения кредита подходит, заплатил проценты – и опять получи кредит. Перекредитовался – так это называется. А тут выплатил кредит, процентную ставку, а новый кредит не дают. Проблема.
– Беда! Что означает отток капитала из Российской Федерации? Об этом так много сейчас говорят...
– На деле это практическое прекращение кредитования наших хозяйствующих субъектов. Оно приводит к тому, что наши банки, предприятия, организации начинают испытывать большой недостаток средств. И на выплату зарплаты – как мы говорим, оборотных средств, и средств с более длительным циклом оборачиваемости – длинных кредитов, которые нужны, допустим, на строительство, обновление оборудования и прочее. Если Запад не кредитует, а у нас тоже средства ограничены, предприятия садятся на мель. Поэтому сейчас и возникла ситуация, когда правительство вынуждено вбрасывать дополнительные средства в ведущие банки страны, прежде всего в Центробанк – все это делается для того, чтобы поддержать кредитование отечественных хозяйствующих субъектов.
– Почему раньше не поддерживали?
– Это вопрос сложный, однозначно на него не ответишь. Зарубежные банки давали кредиты по более низкому проценту, чем отечественные, и вполне понятно, почему в такой ситуации предприятия стремились привлекать западные заемные ресурсы. Это один момент. Ну а другой заключается в том, что масштабы нашей экономики, при всех вариантах и возможностях кредитования из-за рубежа, значительно больше. Есть ряд и других аспектов – субъективных…
– Ваши рекомендации?
– Если федеральный бюджет прекращает заимствования за рубежом, точно с таких же позиций должны работать и предприятия, используя исключительно федеральные средства. А государству тогда надо снижать процентную ставку. Не давать возможность, не подталкивать – берите на Западе. Надо вводить единую систему регулирования. Подчеркиваю: единую систему.
– Сейчас руководство нашей страны этим и занимается – так можно сказать?
– В принципе да, занимается. Мне хотелось бы обратить внимание на высказывания Д.А. Медведева в последнее время на эту тему: он выступает за введение системы регулирования финансового рынка и взаимного информирования стран о ситуации, о моделях. Ведь не секрет, что за разработку ипотечной системы, которую США так увлеченно продвигали на мировых рынках, получено, по-моему, две или даже три Нобелевские премии. И вот теперь все мы вздрогнули, реально оценивая весьма плачевную ситуацию. Надо же, автомобильный колосс «Дженерал-моторс» стоит с протянутой рукой, просит денег! Спрашивается, где же были их хваленые экономисты? В связи с этим меня сильно насторожило выступление президента США Джорджа Буша на встрече лидеров 20 ведущих стран мира в Вашингтоне, где он сказал, что продвижение политики, направленной на поддержание свободных открытых рынков, – это самый правильный путь... Тем самым он заявил о своем желании любой ценой оставить за Соединенными Штатами лидирующую позицию в мировой экономике. Ведь рука рынка – американский доллар...
– Что же в первую очередь нам сейчас следует делать?
– Первое – не паниковать. И рассчитывать на то, что цена нефти в самое ближайшее время выйдет на 100 долларов за баррель. Тогда наш бюджет устоит. Думаю, что так и будет.
– Интуиция?
– Да нет, сужу по вполне определенным признакам – колебаниям индексов РТС. В Российской Федерации они стабилизируются: падение – рост, падение – рост... Можно провести условную линию, вокруг которой идет колебание. Сначала были глубокие провалы и подъемы, затем амплитуда начала сокращаться, а линия становится все более четкой. Это добрый знак.
– Вы согласны с суждением, что в этих суровых условиях Россия все равно - островок стабильности?
– Согласна.
– Почему?
– Во-первых, у нас есть Фонд национального благосостояния и Фонд резервный. За их счет удалось застраховать практически все вклады населения, и теперь уже ясно, что не будет обесценения денег и невозвратов, какие произошли в период дефолта 1998 года. А ведь я прекрасно помню период Госдумы IV созыва, когда росли золотовалютные запасы и создавался Стабилизационный фонд России. Сколько критиковали «Единую Россию» депутаты-коллеги, говорили: давайте лучше людям все раздадим, зачем омертвлять деньги!.. Не верили, что придет «черный день» и деньги потребуются стране, как, может быть, никогда.
– Кому «спасибо» надо за это сказать – Питерской школе экономистов?
– В.В. Путину и Д.А. Медведеву.
– Вы так часто ссылаетесь на высказывания Президента Д.А. Медведева – наверное, лично знакомы?
– Да, мы знакомы, и совсем неплохо, еще со времен моего депутатства. Не так давно снова встречались в Санкт-Петербурге. Он увидел меня, подошел и спросил: как дела? А мы как раз готовились к очередному съезду Педагогического собрания, вопросов, проблем насущных – гора. Я и сказала об этом. «Так, – ответил мне президент, – задачи, которые поставит Всероссийское педагогическое собрание через мой аппарат, пожалуйста, передавайте мне. Будем поддерживать».

Михаил СЕРДЮКОВ
Фото автора