Власть и общество

Светлые дела «темного царства»

Светлые дела «темного царства»
Светлые дела «темного царства»

К номеру:   ()


01 Апреля 2009 года

Из истории купеческой благотворительности

Как показывают многочисленные общероссийские исследования, более 90 процентов бизнесменов в той или иной мере занимаются благотворительностью. �Фактически во всех странах мира благотворительность является частью государственной политики, в России ее технология до сих пор не отработана. Вызывает сожаление и тот факт, что большинство простых граждан считают, что пожертвования делаются лишь для того, чтобы заслужить похвалу или сделать себе тем самым рекламу. В то же время следует отметить, что благотворительность очень медленно, но превращается в духовную потребность. Этому способствует новый взгляд на религию и постепенное обращение граждан России к глубоким национальным корням.
К тому же у благих дел российских предпринимателей богатая история.
На Руси исстари в отличие от многих других стран не было культа богатства. По образному выражению Марины Цветаевой, «сознание неправды денег в русской душе невытравимо». Даже во второй половине ХIХ века на предпринимателя, будь то торговец или промышленник, смотрели как на нового рабовладельца, несмотря на то что подавляющее большинство купечества – выходцы из мещан и крестьян, в том числе и крепостных. Фактически каждый купец мог смело сказать о своем роде: «Вышли мы все из народа, дети семьи трудовой».

Достойный вклад в дело формирования негативного взгляда на купечество внесла русская литература. Пожалуй, не только школьник, но и профессор-филолог не сможет привести пример положительных типов деловых людей. Зато обратных примеров сколько угодно. Вот басня «дедушки» Крылова, которая так и называется – «Купец». В ней торговец учит своего племянника, как ловчее сбыть гнилое сукно за хорошее английское. Характерны заключительные строки: «Обманут! Обманул купец: в том дива нет...»
Отдал дань уважения купечеству Н.В. Гоголь – устами городничего из «Ревизора» он дает им уничижительные прозвания: «самоварники», «аршинники», «протобестии», «надувалы морские».
Не обошли в своих произведениях вниманием «плутов и мошенников» Салтыков-Щедрин, Мельников-Печерский, Горький, Чехов. Даже цыгане пели: «Московское купечество, изломанный аршин, // Какой ты сын Отечества, ты просто сукин сын».
Но, несомненно, пальма первенства здесь принадлежит А.Н. Островскому. Вот уж кто не пожалел черных красок, изображая купеческую жизнь и быт в своих пьесах. Масла в огонь подлил и знаменитый критик Добролюбов, обратив внимание читающей публики на ужасы купеческого бытия: «Это – мир затаенной, тихо вздыхающей скорби, мир тупой, ноющей боли, мир тюремного гробового безмолвия... нет ни света, ни тепла, ни простора. Гнилью и сыростью веет темная и низкая тюрьма. Ни один звук с вольного воздуха, ни один луч света не проникает в нее». Тем не менее «луч света» в «темном царстве» был и, как уже догадывается наш читатель, имеется в виду не Катерина из самого известного купеческого «ужастика» великого драматурга.

Древнейшей формой благотворительности была милостыня и призрение нищих, главным образом при церквях и монастырях. Поэтому ничего удивительного нет в том, что первоначально частная благотворительность, в том числе и купеческая, выражалась в пожертвованиях непосредственно церковным учреждениям. Немалую роль сыграла повышенная религиозность купечества, желавшего таким образом обрести благодать в жизни вечной через добрые деяния в жизни земной.
Если любопытный читатель углубится в краеведческие хроники областных и районных городов, то обязательно найдет там свидетельства о щедрых пожертвованиях местных купцов на строительство либо благоустройство церквей и монастырей, большинство из которых, к сожалению, было разрушено в советский период. К примеру, практически все церкви Иркутска были выстроены на средства местного купечества. Гордость города – Казанский собор воздвигнут на деньги знаменитого сибирского купца Е.А. Кузнецова, не пожалевшего 250 тысяч рублей.
Постепенно, особенно со второй половины ХIХ века, когда капитализм в России стал бурно развиваться, перестав сдерживаться тисками крепостного права, владельцы крупных производств стали вкладывать значительные средства в строительство больниц, поликлиник, дешевых или даже бесплатных домов для своих рабочих. Не редкостью были народные театры при фабриках и заводах. Не секрет, что, кроме всего прочего, этим снижалась социальная напряженность в обществе.
В это же время отмечается резкое увеличение частных пожертвований в систему народного образования. Особое внимание уделялось специальным учебным заведениям – ремесленным, коммерческим, техническим училищами и школам. В условиях пополнения рабочего класса малограмотными, а чаще совсем неграмотными крестьянами выпускники этих учебных заведений всегда находили хорошо оплачиваемую работу.
110 лет назад было выпущено красочное издание, посвященное уходящему веку и наступлению века грядущего, где кроме всего прочего читаем: «Ни в каком другом русском городе, даже Петербурге, нельзя найти столько благотворительных учреждений, созданных на частные средства, как в Москве. Сотни тысяч ежегодно жертвуются московским купечеством на дела благотворения. Клиники, больницы, богадельни, приюты с каждым годом приумножаются в Москве».
К началу XX века в Москве существовало 628 богоугодных заведений, большая часть которых содержалась на деньги московского купечества. Порой эти средства приходилось добывать весьма оригинальным путем. Один богатый купец прилюдно пообещал дать
1 млн рублей на больницу, если городской голова прилюдно поклонится ему в ноги. И что же? Московский городской голова
Н.А. Алексеев (между прочим, двоюродный брат К.С. Станиславского), ни слова не говоря, тут же бухнулся в ноги миллионеру-самодуру. На полученный миллион была построена психиатрическая больница (ныне им. Кащенко).
За 20 лет – с 1863 по 1904 год – только в фонд Московского городского общественного управления в виде пожертвований и завещаний поступило от купечества около 30 млн рублей. За те же 20 лет аналогичные поступления от дворянства не достигли и 100 тыс. рублей. Как принято ныне говорить – почувствуйте разницу.
Уникально по своему размеру пожертвование купца-миллионера Г.Г. Солодовникова, умершего в 1902 году. Общая сумма наследства составила почти 21 млн рублей. Родственники (детей у него не было) получили всего 815 тыс. рублей. Остальные два десятка миллионов пошли на общественные нужды: учреждение в Тверской, Архангельской, Вологодской, Вятской губерниях и г. Серпухове женских и мужских училищ и школ. Создание в Серпухове родильного приюта на 50 человек. Постройки домов с дешевыми квартирами в Москве.
Изрядную головную боль московским властям доставил после своей смерти эксцентричный миллионер Ф.Я. Ермаков. Он завещал 3,3 млн рублей для раздачи «в воспоминание о нем и на помин души его, бедным и нуждающимся в пособии людям». По российским законам, частная собственность и воля собственника были священны. Замаячила тень новой Ходынки. Только вмешательство государя императора позволило изменить завещание, и основная часть средств пошла на сооружение ремесленного училища и ночлежного дома.

Значение и масштабы меценатства Павла Михайловича и Сергея Михайловича Третьяковых грандиозны и беспримерны в истории как Москвы, так и всей России. Купеческий род Третьяковых был известен в Малоярославце еще с 1646 года. В 1774-м Третьяковы перебрались в Москву. Занимались мелкой торговлей и числились всего лишь по третьей гильдии. Павел и Сергей получили хорошее домашнее образование. Оба брата продолжали отцовское дело, сначала торговое, а затем промышленное. С 1866 года им принадлежит несколько фабрик по переработке льна в Костроме. В середине 50-х годов Павел Михайлович приобрел первые картины русских мастеров. А дальше можно долго и восторженно рассказывать, как
П.М. Третьяков с помощью своего «любезного брата Сергея» собирал свою беспримерную коллекцию русской живописи, ставшую для России национальной гордостью.
Чрезвычайно велик и разнообразен диапазон благотворительности и меценатства Морозовых, среди которых, безусловно, выделяется фигура Саввы Тимофеевича – крупного инициативного капиталиста, выдающегося филантропа. Счастливый случай привел его на один из спектаклей Московского художественного театра. Савва Морозов взял на себя всю хозяйственную часть театра и отдавал ему все свободное время. Только строительство нового здания театра обошлось Морозову в 300 тыс. рублей. Общие же затраты на МХТ превысили полмиллиона рублей. По словам Станиславского, «русский театр дождался своего Морозова, подобно тому, как художество дождалось своего Третьякова».
Менее известный – двоюродный брат Саввы Тимофеевича – Викула Морозов пожертвовал 400 тыс. рублей на устройство детской больницы, которая была открыта в 1902-м и до сих пор носит название «Морозовская».
По воспоминаниям современников, Бахрушиных называли в Москве «профессиональными благотворителями». Братья Петр, Василий и Александр Бахрушины, владельцы крупных кожевенных и суконных фабрик, обогатились на казенных заказах во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов. В 80-х годах ХIХ века они пожертвовали в городскую казну 450 тыс. рублей, на которые была построена и оборудована Бахрушинская больница, открытая в 1887 году (ныне больница №33 им. А.А. Остроумова), при которой с 1890 года существовал Дом призрения для неизлечимых больных на 200 человек. Всего в 1892-1912 годах Бахрушины пожертвовали Москве 4 млн рублей. На эти деньги были открыты Городской сиротский приют (1895 г.), ремесленное училище для мальчиков и школа рукоделия для девочек (1900 г.). В 1898 году был устроен Дом бесплатных квартир для вдов с детьми, в котором к 1912 году проживали свыше 2 тыс. человек. На принадлежавшей Бахрушиным земле был построен знаменитый театр Ф.А. Корша. Не забывали Бахрушины и родину своих предков, с 1869 года в Зарайске на их средства содержалась богадельня и школа для девочек.
Алексей Александрович Бахрушин с 80-х годов XIX века начал собирать материалы по истории русского театра. На основе своих уникальных коллекций он в 1894 году создал частный литературно-театральный музей, который в 1913 году передал в дар Академии наук. В настоящее время это Театральный музей им. А.А. Бахрушина. Его двоюродный брат А.П. Бахрушин, библиофил и собиратель произведений искусства, завещал свои коллекции Историческому музею – это почти 25 тысяч книг, рисунков, картин, миниатюр, табакерок, различных изделий из бронзы.
В плеяде замечательных московских коллекционеров достойное место занимают совладельцы крупной фирмы по торговле хлопчатобумажной пряжей и тканями – братья Щукины. П.И. Щукин в 1905 году передал в дар Историческому музею уникальную коллекцию древнерусского искусства, изделия народных промыслов, рукописей и книг – всего 15 тыс. единиц хранения.
Благодаря стараниям С.И. Щукина в нашей стране существует прекрасное собрание работ импрессионистов и постимпрессионистов. К 1914 году коллекция Сергея Ивановича насчитывала 221 картину. В том числе произведения Пикассо, Матисса, Моне, Ренуара, Сезанна, Гогена и других европейских художников.
Д.И. Щукин также был заядлым коллекционером, собравшим за свою жизнь более 600 полотен западноевропейских художников XVI-XVIII веков, которыми мы с вами можем любоваться в Музее изобразительных искусств им
А.С. Пушкина.
Стараниями замечательного мецената Саввы Ивановича Мамонтова купленное им в 1870 году имение Абрамцево стало одним из крупнейших оазисов русской духовности и культуры. Он оказывал помощь в творческом становлении С.В. Рахманинову, К.А. Коровину, Н.А. Римскому-Корсакову, М.А. Врубелю, И.Е. Репину, Ф.И. Шаляпину, И.И. Левитану и многим другим ярким и самобытным представителям национальной культуры.

А вдалеке от Москвы благотворительность порой носила весьма курьезный характер. Известен факт, когда один из сибирских градоначальников решил завести у себя в городе театр, средств на который, разумеется, в городской казне не было. Не растерявшись, он призвал в свой кабинет местного золотопромышленника и стал читать ему его уголовное дело, угодливо подготовленное местным полицмейстером. Через полчаса уголовное дело весело горело в печке, а новоиспеченный «театрал», утирая пот со лба, ставил свою подпись под обязательством пожертвовать городу 40 тыс. рублей.
Известному иркутскому купцу А.Ф. Второву также пришлось пострадать на театральной ниве: пожертвовав на местный театр 1000 рублей, он в итоге выложил 10 тысяч, так как генерал-губернатор А.А. Горемыкин обратился к нему при большом стечении народа со словами: «Ваш писец, видимо, ошибся и не приписал справа еще один нуль».
Однако давайте оживим цифры, которыми мы вместе с нашими героями с такой легкостью оперируем. Это можно сделать, приведя цены и размеры заработной платы в начале ХХ века. В 1913 году в Москве один килограмм говядины
1-го сорта стоил 56 коп., свинины – 46 коп., осетрины свежей – 1 руб. 40 коп., севрюги – 1 руб. 17 коп., масла сливочного – 1 руб. 22 коп., масла подсолнечного – 29 коп., сахарного песка – 30 коп., картофеля – 2 коп., хлеба пшеничного –
16 коп., ржаного – 8 коп. В провинции, особенно в сельской местности, цены были значительно ниже.
Поденная плата в Москве каменщика составляла 1 руб. 78 коп., кузнеца – 1 руб. 44 коп., кровельщика – 1 руб. 50 коп., плотника – 1 руб. 75 коп., столяра – 1 руб. 87 коп. Жалованье армейского поручика со всеми выплатами составляло 85 руб. в месяц, капитана – ~ 140 руб., полковника – ~ 320 руб. в месяц.
…Полтора миллиона рублей отдала на благотворительные заведения семья купцов Мазуриных. Гинекологический институт, мужская гимназия, три ремесленных училища, реальное училище, женская учительская семинария, дом для престарелых рабочих – все это построено на деньги купца П.Г. Шелапутина. А общая сумма его пожертвований превышает 5 млн рублей.
В 1910 году открылась «бесплатная больница для всех бедных, находящихся в Москве, без различия званий, сословий и религий». 2 млн рублей завещал на ее постройку прославившийся филантропической деятельностью К.Т. Солдатенков. Сейчас это больница им. Боткина.
В 1902 году А.А. Абрикосова внесла 100 тыс. рублей на устройство бесплатного родильного приюта. С.В. Лепешкин перевел в 1914 году 200 тыс. Московскому университету. Купцы Рахмановы ассигновали 200 тыс. рублей на устройство туберкулезного санатория.
Этот список можно продолжать бесконечно. Остались неупомянутыми сотни жертвователей и тысячи школ, больниц, приютов, построенных на деньги «типичных представителей темного царства».

Антон АЛЕКСАНДРОВ