Власть и общество

Беларусь – Кузбасс – Россия

Беларусь – Кузбасс – Россия
Беларусь – Кузбасс – Россия

К номеру:   ()


01 Марта 2010 года

Есть такая удивительная черта у белорусов – куда бы ни занесла их судьба, они всегда стараются найти друг друга и объединиться. Белорусская диаспора в России – одна из самых дружных и активных. Белорусы с таким энтузиазмом берутся за любые полезные людям дела, что сегодня без их участия трудно представить общественную жизнь в России. А в Кузбассе представители белорусской диаспоры стали вдохновителями и организаторами общественного движения в поддержку создания Союзного государства. И подошли к этому делу с такой изобретательностью, что их опыт, безусловно, будет полезен единомышленникам в других регионах. Ведь давно уже ясно, что усилия политиков тщетны, если их не поддерживает народ.
К 65-летию Великой Победы кемеровское региональное Союзное общественное объединение Россия – Беларусь осуществило важную и достойную огромного уважения миссию. Вместе со своими единомышленниками из Беларуси они помогли потомкам солдат-победителей найти могилы их дедов и отцов, принимавших участие в освобождении республики от фашистов. Усилиями энтузиастов были достоверно установлены места гибели и захоронения воинов-сибиряков. Их нашли ровно через 65 лет после операции «Багратион».
Инициатором этого славного мирного подвига стала Клавдия Ивановна Высоцкая, председатель российско-белорусской организации в Кузбассе. Обаятельная хрупкая и одновременно очень цельная и энергичная женщина, она не видит своей сегодняшней жизни без служения обществу, хотя не очень любит называть то, что она делает, высокими словами. Она просто помогает детям и внукам кузбассовцев, освобождавших Беларусь и погибших за наше единое Отечество, восстановить ценнейшие эпизоды их семейной истории.


Клавдия Ивановна родилась в роковом 1937 году в деревне Рясно Высоковского района Брестской области (сейчас это Каменецкий район). Практически в ныне знаменитой Беловежской Пуще.
– До 1939 года папа был батраком, пока Белоруссию не приняли в Советский Союз. До войны работал обходчиком на железной дороге. С первых дней Великой Отечественной сражался в партизанском отряде «За Родину». Мне в то время было четыре года. Сейчас, честно говоря, не хочется вспоминать о том времени, но, несмотря на мой возраст, я многое помню. Помню, какая у нас была большая и дружная семья. Незадолго до войны умер мой брат, и остались мы – три сестры. А потом началась война. Помню, как испуганы и напряжены были взрослые, хотя мы, дети, не всегда понимали, что происходит. В нашей деревне немцы не стояли. У нас оказался неплохой староста. Ему как-то удавалось регулировать отношения с оккупантами, и нас особенно не притесняли. Никто не знал наверняка, на кого он работает. Но когда наши освободили деревню, то старосту никто не тронул – ни его самого, ни его семью. И он еще долго работал в колхозе. Так вот, немцы обычно общались со старостой, а он для них собирал у кого что есть: яйца, молоко, хлеб. Они все забирали и уходили. Очень ясно я запомнила один момент: однажды к нам в дом зашли два немецких солдата. Я помню, как мы все были перепуганы. Помню непонятный мне, чужой и какой-то очень резкий говор. Но особенно отпечатались в моей детской памяти их немецкие мундиры. У меня до сих пор такое чувство, что эта форма – самое страшное для меня впечатление о войне, – рассказывает Клавдия Ивановна.
Детская память удивительна. Она по-своему, в особых образах фиксирует все человеческие состояния: воспоминания о большой и теплой семье может вызвать краюшка теплого ароматного хлеба, а весь ужас войны возникает в сознании только от одного взгляда на солдатский мундир с погонами вермахта. Однажды, это было в 1962 году в Германии, Клавдии Ивановне пришлось пережить несколько неприятных и напряженных минут, когда, ступив с самолета на немецкую землю, она увидела солдат в той самой форме из ее детских воспоминаний.
– Я вся содрогнулась и спросила у гида, почему с тех пор не поменяли форму. На ней, как мне казалось, лежит проклятие той войны. Мне ответили, что это делается сознательно, чтобы немецкий народ помнил о страшной трагедии и никогда ее не повторил.
Много лет прошло после войны, но до сих пор Клавдия Ивановна вздрагивает, когда слышит гул самолета, в ее памяти еще живы ужасные воспоминания о том, как бомбили ее родную деревню.
– Помню, как папа учил нас прятаться от самолета: мы должны были, как только услышим шум моторов, прятаться в ямы, в которые на зиму засыпали картошку. Туда сносили все одеяла, подушки, чтоб было не очень холодно. Сидели в ямах человек по десять. Когда первый раз бомбили, мы даже не поняли, что это такое. Слышим очень красивый звук «вью-у-у-у» – мелодичный такой. Мы стоим у ограды, слушаем и хохочем. И вдруг где-то совсем рядом с нами разрывается бомба. Страшный грохот. В небо летят кусты, огромные комки земли – и на месте садика остается огромная черная яма. Вот тогда впервые стало по-настоящему страшно. Страшно так, что сердце сжимается и ты сжимаешься вместе с ним, чтобы стать совсем маленьким и незаметным.
В 1955 году Клавдия Ивановна после окончания школы поступила в Могилевский педагогический институт, где проучилась полтора года. Завершила свое обучение она уже в Кемерове, переехав к родственникам. Сначала думала, что быстро вернется назад в Белоруссию, но так случилось, что второй родиной ей стал Кузбасс. Она так и говорит всем: у меня две родины.


Первые впечатления от Кузбасса у белоруски, привыкшей к свежему вольному воздуху и родившейся с генетическим стремлением к чистоте, были далеко не радужными. И воздух (кемеровчане поймут, что имеет в виду Клавдия Ивановна), и грязь на тротуарах, как после непрекращающегося дождя. Только потом она поняла, что здесь все черное от угольной пыли. Таким она увидела Кузбасс в августе 1959 года. Это сейчас Клавдия Ивановна радуется, глядя на то, как преобразился областной центр: летом цветы, фонтаны, идеальная чистота, а зимой на веселом сибирском солнце ярко сверкает ледяной сказочный городок на потеху местным ребятишкам. И когда прогуливается Клавдия Ивановна по теперь уже родному для нее Кемерову, очень часто добрым словом вспоминает здешнего губернатора Амана Тулеева за то, что сумел-таки обустроить этот суровый индустриальный край, который когда-то так неприветливо встретил молодую белорусскую девушку.
– Поначалу думала, что немного поработаю, а потом уеду. У меня даже документов с собой не было, кроме паспорта и комсомольского билета. Как-то увидела табличку «Горком комсомола» – дай, думаю, зайду. И меня тут же пригласили на работу вожатой на станцию юных натуралистов. Опять же думала – немного поработаю и уеду, но однажды пришел ко мне директор 24-й школы Цицульников Роман Георгиевич (ему в горкоме про меня сказали) и стал агитировать на работу к себе в школу старшей вожатой. Ему так и сказали: приглядись, если понравится – агитируй. Что он и сделал. Ходил кругами вокруг меня, приглядывался, рассказывал, что сам служил в Белоруссии. В общем, нашли мы с ним общий язык, и я согласилась. После этого и папа с мамой приехали, привезли мне документы.
Так Клавдия Высоцкая стала работать в одной из лучших кемеровских школ – №24, которая была базовой у Педагогического института. Исполняла свои обязанности, как и на всех последующих постах, очень ответственно – по-белорусски. А такие люди нужны были комсомолу – и она получила приглашение из райкома. С тех пор вся ее жизнь проходила на ответственных постах – сначала партийных, а потом общественных. О ликвидации партии она говорит с сожалением, но партийная работа для нее всегда означала только одно – быть среди людей, помогать им и чувствовать себя полезной. В начале 90-х Клавдия Ивановна стала преподавать в Кемеровском горном техникуме историю родного края, который она искренне полюбила и уже не мыслила своей жизни в другом месте.


– Клавдия Ивановна, почему вдруг родилась идея объединить кузбасских белорусов в общественную организацию?
– Это было в 2000 году. Парламентское Собрание Союза Беларуси и России приняло решение создать на местах организации, которые содействовали бы сближению наших государств. В том же году прошел съезд, на котором создали Международный союз общественных объединений – Союзную общественную палату. В ней объединились представители разнообразных сфер деятельности: работники образования, люди искусства, военные. И на этот важный участок работы, как говорили раньше, пригласили меня, хотя я была уже на пенсии. Мы нашли белорусов, проживающих в Кузбассе, активистов, которые всей душой были за объединение наших народов. И решили, что будем заниматься конкретными практическими делами: во-первых, информировать кузбассовцев о содружестве двух государств, во-вторых, использовать все возможности для патриотического воспитания молодого поколения. В нашей палате нет деления на национальности. У нас есть и белорусы, и украинцы, и русские. Сейчас нас около двухсот человек. Поскольку в России появилась своя Общественная палата, мы себя переименовали так: региональное общественное Союзное объединение Беларуси – России – Кузбасса.
Мы начали с того, что выступали с сообщениями, заявлениями по радио, в газете, и люди стали к нам приходить. Теперь мы сотрудничаем с руководителями музеев, белорусами, проживающими здесь, с Союзом женщин Кузбасса, с Советами ветеранов города Кемерова и Кузбасса. У нас был один очень сложный момент после ликвидации Центрального совета: мы хотели самораспуститься, а потом поняли, что нужны, что в той работе, которой мы занимаемся, нам действительно нет замены. Мы заняли в общественной жизни Кузбасса очень важную, но незаполненную нишу.
– Скажите, как люди узнают о вашей работе?
– В газете «Земляки», например, появилась статья «Боль моя – Беларусь моя», и к нам пошли звонки. Мы знакомим всех с планами нашей работы, приглашаем на мероприятия, подключаем к нашей деятельности тех, кто свободен от домашних дел, не хочет, будучи на пенсии, скучать у телевизора и привык всю жизнь быть инициативным, в движении. Так у нас прибавляются новые активисты. А удовлетворения от нашей работы не приходится долго ждать.
Действительно, активистам-кузбассовцам удалось сделать много полезного и важного. В честь 65-летия освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков они участвовали в организации поездки группы учащихся по местам боев героев Великой Отечественной. Они заметны в жизни города: посещают «круглые столы», встречи, посвященные теме войны: «Что значит в моей жизни День Победы», «Рассвет над Бугом», «У войны не женское лицо», «О ком звонят колокола» (Хатынская трагедия). Участвуют в конференциях, которые показывают роль содружества двух народов: «Беларусь – наш союзник и партнер», «Сотрудничество Кузбасса с Республикой Беларусь: проблемы и перспективы», «Дружба без границ». Члены палаты принимают участие в благотворительных акциях «Спасибо за жизнь», «Помоги собраться в школу», «Помощь жителям Южной Осетии». Они организуют встречи школьников с ветеранами Великой Отечественной войны, чтобы сохранить для потомков победителей живую историю и всю правду о прошлом.


И все же главное сегодня для кемеровчан – продолжение работы по восстановлению истории подвига солдат-кузбассовцев, воевавших на территории Белоруссии.
– Очень хочется, чтобы дети и внуки наших воинов-победителей знали отечественную историю не из учебников, а на примере своих родных и близких. Мне кажется, что это самое эффективное средство патриотического воспитания, о котором мы так много сегодня говорим, – рассуждает Клавдия Высоцкая.
Она непосредственно участвует в поисках мест гибели и захоронения земляков, чтобы передать эту информацию детям и родственникам погибших. В прошлом году по просьбе Совета ветеранов города Калтана Клавдия Ивановна помогла отыскать одиннадцать могил воинов-сибиряков. Связывалась с комиссариатами Минска, Витебска, Гомеля, Бреста и Могилева, где предположительно воевали бойцы, и наконец получила положительные ответы. Военный комиссар Гомельской области сообщил, что Николай Екимов будет увековечен в Светлогорском районе, по месту его гибели. А чуть позже из Светлогорского райвоенкомата стало известно, что гвардии сержант Екимов внесен в списки похороненных в братской могиле деревни Дуброва, где покоятся останки 1718 воинов. Благодаря сотрудничеству Клавдии Ивановны с белорусскими военкоматами стало возможным отыскать места захоронения погибших калтанцев. Так, рядовой Николай Малаев покоится в братской могиле в деревне Майское под Гомелем, а летчик Алексей Дагаев похоронен в Бобруйске… Помимо найденных сведений родным и близким предоставили подробное описание, как добраться до мест захоронений, и фотоснимки могил, поскольку большинство детей погибших – уже пожилого возраста и вряд ли смогут побывать в указанных местах.
Благодаря таким людям, как Клавдия Ивановна Высоцкая и ее единомышленники восстанавливается связь поколений, становится меньше безымянных солдат, погибших в боях Великой Отечественной, а их потомки лучше узнают свою родную историю через героическую биографию дедов и прадедов. И нет награды выше, чем трогательные строчки школьного сочинения: «Я узнал, что мой дед освобождал Беларусь…» Так приходит к юному человеку осознание того, как едины были наши народы в годину тяжелейших испытаний и что Победа у нас действительно одна на всех. Как и Отечество, за которое сражались наши деды и которое сегодня мы хотели бы называть Союзным.

Татьяна КОНДРАТОВИЧ
Москва – Кемерово