Власть и общество

Прорыв в океан

Исполнилось 240 лет со дня рождения знаменитого русского мореплавателя Ивана Крузенштерна
Прорыв в океан
Прорыв в океан

К номеру:  59 (356)


23 Декабря 2010 года

Немец по крови, отпрыск остзейского дворянского рода фон Крузенштернов, нареченный при рождении Адамом Иоганном, он вписал свое имя золотыми буквами в святцы российского флота как человек, организовавший и возглавивший первый в истории кругосветный поход кораблей под Андреевским флагом.  

Идея первой русской кругосветки, как все новое, пробивалась с огромным  трудом. Министры и чиновники и слушать не хотели молодого,  в ту пору еще никому не известного капитан-лейтенанта, несшего романтический вздор про неизведанные острова, бескрайние просторы Атлантики и Тихого океана, которые бороздит российская эскадра. Скептицизм чиновников отчасти понятен – у страны, уже воевавшей тогда с наполеоновской Францией, каждый казенный рубль был на счету, не до морских экспедиций. Но Иван Крузенштерн не сдавался и, наконец, добился аудиенции у Александра I. Государя тронула горячая убежденность рослого широкоплечего молодого человека в морском мундире, и он поручил Крузенштерну начать подготовку экспедиции.
8 августа 1803 года – дата историческая. В этот день под торжественный гром крепостных орудий Кронштадта в море вышли два парусных шлюпа. Одним из них – «Надеждой» – командовал сам Крузенштерн. Вторым – «Невой» – его однокашник по Морскому кадетскому корпусу Юрий Лисянский.
Путь кораблям предстоял длинный и трудный. Миновать Балтийское и Северное моря, пересечь Атлантический океан и, обогнув Южную Америку, подойти к Гавайским островам, а уже оттуда плыть в Японию, куда Крузенштерну надлежало доставить русского посланника. Дальше – Китай.  И только потом через Тихий, Индийский и Атлантический океаны следовать обратно в Кронштадт.
Ни один из офицеров и матросов «Надежды» и «Невы» еще никогда не участвовал в столь дальних плаваниях. Во время подготовки экспедиции Крузенштерну настойчиво советовали взять  в команды шлюпов хотя бы пару десятков опытных иностранных моряков, в первую очередь англичан. Но Иван Федорович был настолько уверен в своих подчиненных, что наотрез отказался от какой бы то ни было зарубежной помощи.
В конце ноября 1803 года русские моряки впервые пересекали экватор. По старой морской традиции, на кораблях был устроен праздник. В роли Нептуна выступал кок с «Надежды» Евграф Кожемяков – мужчина справный, основательный.
– Для чего вы пришли ко мне на экватор? – грозным голосом спросил Нептун у Крузенштерна.
– Для процветания науки и Отечества нашего, – чинно ответил морскому владыке капитан-лейтенант.
– Это очень хорошо, – важно кивнул Нептун и величаво погладил длинную бутафорскую бороду из пакли.  После чего Крузенштерн почтительно поднес ему полный бокал вина, а пушки «Надежды» и «Невы» дружно рявкнули торжественным залпом.
В Бразилии, куда зашла экспедиция, в командах кораблей произошло неожиданное пополнение. Это были обезьяны и попугаи, которых натащили с берега матросы, впервые увидавшие столь диковинных созданий. Попугаи временами поднимали страшный  крик, хотя в остальном вели себя смирно и, совершив с экспедицией весь дальний поход, в конце концов, добрались до Кронштадта, где с кораблей переселились в квартиры офицеров и матросские казармы. Одного из попугаев Крузенштерн преподнес в подарок  Александру I.
А вот с обезьянами была беда – дрались, воровали на камбузе пищу, грызли такелаж, ломали все подряд. Крузенштерн поначалу старался не замечать их проделок. До тех пор, пока одна из обезьян, улучив момент, не забралась к нему в каюту, где устроила форменный дебош – порвала книги, распотрошила подушку, опрокинула чернильницу на раскрытый судовой журнал. Тут терпение Крузенштерна иссякло, и он приказал сей же момент списать всю хулиганскую стаю обратно на берег.
В Японии «Надежду» и «Неву» ждало неприятное испытание.  В те времена Страна восходящего солнца была практически недоступна для европейцев. Настоящая терра инкогнита. Японцы чужестранцев к себе попросту не пускали. Почти полгода русские корабли простояли безрезультатно на рейде Нагасаки, в плотном кольце японских судов. Российского посла, который приплыл вместе с экспедицией, японцы принять отказались. А напоследок чиновник, прибывший от императора, настоятельно рекомендовал Крузенштерну идти в обратный путь строго вдоль восточных берегов Японии. «Вдоль западного побережья мы иностранцам плавать не разрешаем», – приторно улыбаясь, пояснил Крузенштерну увитый шелками посланец. Крузенштерн тактично улыбнулся в ответ и раскланялся с гостем. Но едва только японец сошел с борта «Надежды» в поджидавшую его шлюпку, капитан отдал команду выбирать якоря и ложиться на курс вдоль западного побережья.  «В море мы сами себе хозяева, – твердо сказал капитан. – И ничьих советов слушать не станем».
Теперь путь экспедиции лежал в Китай, чьих берегов не достигал еще ни один русский корабль. Весь коммерческий оборот между странами до сих пор осуществлялся исключительно по сухопутью. «Надежда» и «Нева» первыми пришли в Поднебесную с моря, проложив, таким образом, новый торговый маршрут. У берегов Китая корабли простояли до февраля 1806 года, после чего снялись с якоря и взяли курс домой.
29 августа 1806 года «Надежда» и «Нева» вернулись в Кронштадт. Первое кругосветное плавание российских моряков, продолжавшееся более трех лет, завершилось. Поход стал эпохой в истории отечественного флота и обогатил мировую науку ценнейшими сведениями. Достаточно сказать, что целый ряд островов, в частности Гавайский архипелаг и остров Пасхи, были открыты незадолго до того, как на них побывали Крузенштерн и Лисянский. Именно российские путешественники первыми в мире составили подробное описание своеобразной местной культуры, замешанной на законах «табу» и культе человеческих жертвоприношений.
На протяжении всей экспедиции велись наблюдения за морскими течениями, приливами и отливами, по всему маршруту следования шлюпов производились замеры температуры и плотности воды на разных глубинах. Столь кропотливые исследования также проводились впервые в мире. Собранные и обобщенные данные впоследствии положили начало целой научной дисциплине – океанологии. Новую страницу экспедиция открыла и в летописи русского флота. Столетием ранее Петр I прорубил окно в Европу через Балтику. А кругосветное плавание «Надежды» и «Невы» открыло России дорогу в Мировой океан…

Борис ОРЕХОВ