Культура и искусство

Когда прозвучит слово о культуре?

На выборах 4 декабря депутат Госдумы РФ, народный артист СССР Иосиф Кобзон будет представительствовать от Забайкальского округа
Когда прозвучит слово о культуре?
Когда прозвучит слово о культуре?

К номеру:  52 (407)


24 Ноября 2011 года

Недавно на Первом канале в программе «Достояние республики» в исполнении популярных артистов прозвучали хиты певца, ставшие классикой отечественной эстрады. «Белый свет», «Мгновения», «Я прошу хоть ненадолго», «За того парня», «Журавли», «Не расстанусь с комсомолом», «Поклонимся», «Я люблю тебя, жизнь», «А у нас во дворе» и «Песня остается с человеком» – зрители выбирали лучшую песню Кобзона. Сделать это было непросто.

– Иосиф Давыдович, если говорить о состоянии культуры в России, в отношении чего могут прозвучать сегодня сигналы SOS, как вы считаете?
– Это общеизвестно. Культура у нас нищая, в полном смысле слова, она занимает последнюю строчку в бюджете страны и в сфере обеспечения библиотек, музеев, заповедников, памятников. Мы теряем историю и культуру, нанося невосполнимый урон духовному состоянию современного человека. То, что происходит сегодня, пагубно влияет на развитие молодежи, нельзя даже сравнивать состояние культуры в современной России с советским периодом. Добавьте сюда национальную нетерпимость, отсутствие  уважения к другим, кроме православной, конфессиям и увидите, в чем причина всех конфликтов.
Вся беда в том, что среди четырех национальных проектов развития (образование, здравоохранение, сельское хозяйство, ЖКХ) отсутствует культура. У нас нет закона о культуре, поэтому депутатам очень трудно требовать от правительства выделения средств на содержание учреждений культуры. Я четыре созыва работаю в Госдуме, и мы неоднократно делали попытки провести этот закон в жизнь. Но он прошел первое чтение и осел где-то в анналах Комитета по культуре. А был бы закон, чиновники не посмели бы «не заметить» юбилеи Тютчева и Лермонтова.
При этом и в Госдуме при обсуждении состояния культуры в России раздается немало голосов: «Да что вы паникуете, все нормально». А что «нормально»? В столице еще может быть, а как развивать культуру в Сибири, на Дальнем Востоке? Сельское хозяйство уничтожено, нет и культуры на селе. Если раньше после работы доярка, свинарка, механизатор торопились в клуб на танцы или на новый фильм, то сейчас на селе почти нет клубов, домов культуры. Молодежь уехала в город.
– Скажите, а какова судьба других приоритетных проектов в Госдуме?
– Есть у нас национальный проект по здравоохранению, но количество алкоголиков и курящих не уменьшается. Молоденькие  девчонки 13-14 лет с сигаретами в зубах, пацаны с бутылками пива бродят по улицам. Почему у нас не уничтожат это зло? Я вхожу в президиум Лиги здоровой нации, который возглавляет Лео Антонович Бокерия, изо всех сил пытаемся бороться,  а толку мало. Я спрашивал у руководства лиги – уменьшилось ли количество курящих за время, что мы боремся с курением? Нет. Такие же «успехи» в борьбе с алкоголизмом. На каждом углу киоски и палатки, выбор алкоголя огромен, от легкого до самого вредного. Пожалуйста, подходи, покупай, и даже гастарбайтеры из двух заработанных копеек одну пропивают. Это прямой путь к потере нации.
А наши девчонки! Говорим о культуре, а наши красавицы-славянки становятся проститутками, которых экспортируют во все страны мира. Не найдете такой страны, в которой не оказалось бы русских проституток! Девушки лишаются возможности в России создать семью, рожать детей, продолжать жизнь в будущем. И как можно в такой ситуации говорить о демографии?! Причину можно сформулировать. Но вы думаете, об этом не знают наши руководители? Знают. И в Министерстве  культуры знают, и в Комитете по культуре Госдумы. В предыдущем созыве мы с Говорухиным выпустили законопроект об ограничении сексуально-эротической продукции в средствах массовой информации и на ТВ. Закон был ратифицирован, принят в Совете Федерации, но на него наложил вето президент Ельцин.
Страшно подумать, к чему все это приведет. Так зачем мы все это делаем, зачем стремимся к какой-то гигантомании, создавая впечатление, что культура нам только «мешает»?!
Все процессы на Северном Кавказе – они что, происходят оттого, что ух какие «плохие» эти лица кавказской национальности?! Да неправда, это мы упустили возможность общения с этими людьми, не дали им возможности развивать национальные традиции. Надо было учитывать менталитет мусульман, представителей других национальностей, и не было бы никаких конфликтов. А как учитывать? Через песни и танцы, через традиции. Вот я представляю Агинский Бурятский округ и горжусь тем, что у нас полностью сохранилась национальная культура, от специфического горлового пения и национальных танцев до национальной одежды и национальных традиций. И даже в тембральном отношении так, как поют буряты, не поет никто, и слава Богу, что это сохраняется.
– Чем объясняется этот успех?
– Тем, что о культуре постоянно заботился губернатор Жамсуев. Он включал в бюджет привлеченные средства. Умеют находить выход из создавшейся ситуации в Екатеринбурге, в Тверской филармонии. Такая же ситуация была в Москве, которой руководил Юрий Михайлович Лужков. Даже в Московской городской Думе, выделявшей 7 процентов на культуру, не представляли, сколько привлеченных средств добавится к этим 7 процентам. Когда приходишь к министру культуры Авдееву с просьбой провести очередной конкурс или фестиваль, этот интеллигентный человек растерянно смотрит и говорит: «С удовольствием, но денег нет, ничего не могу сделать». И спрашивается, где берут дополнительные средства, когда наш глубокоуважаемый премьер-министр приезжает в Комсомольск-на-Амуре и говорит: «К выделенным средствам добавляется еще 4 миллиарда рублей»? Это что, фонд премьер-министра или все-таки есть возможность дополнительного финансирования?
Если да, то почему средства не выделяют на культуру? Вот кто будет работать библиотекарем или смотрителем музея за 5-7 тысяч рублей? И отвечать за пропажу картин? Ну уволят смотрителя, который работал за копейки, а он и не был заинтересован в охране: «Охрана и сигнализация не сработали, мне плевать». А гидам, рассказывающим о художниках, о музеях и национальных заповедниках, кто будет платить? Особенно таким редким людям, как Тамара Михайловна Мельникова в Тарханах, рассказ которой о жизни и творчестве Михаила Юрьевича Лермонтова слушаешь, как сказку в детстве. Я каждый год приезжаю в Тарханы, и сколько бы ни слушал Тамару Михайловну, хочу слушать ее вновь. Таких людей мало, они сами развивают приусадебные участки мемориальных усадеб, следят за садами и конюшнями. Свое хозяйство и у Владимира Ильича Толстого в Ясной Поляне, за этот счет он и живет, и содержит музей.
– Так, может, спасение культуры в движении снизу – за счет таких личностей, о которых вы говорите?
–  Отчасти, да. Вот и вы есть движение снизу, и я, между прочим, тоже, я же не состою сейчас в Комитете по культуре, я обыкновенный артист, и мне больно за то, что у нас происходит. А движение снизу – сила. Человек, который ходил в Большой зал Консерватории, продолжит туда ходить. Тот, кто ходил в Ленком, не оставит это занятие и деньги всегда отыщет, а Марк Анатольевич Захаров за счет спонсоров найдет возможность не повышать слишком цены. То есть всегда находятся инициативные люди, которые поддерживают развитие культуры, но кардинально – никаких перемен. И произойти они могут только в одном случае – когда в ежегодном Обращении Президента к народу, в выступлениях наших лидеров-руководителей, среди прочего, прозвучат слова о культуре. Вот тогда и наметятся перемены.
– Скажите, а в каком состоянии находится закон, обеспечивающий права граждан РФ на честь и достоинство?
–  В Госдуме с легкостью предлагают законы для первого чтения, но для дальнейшего его прохождения требуется согласование с Администрацией Президента и Правительством. Если они не поддерживают закон, он не увидит света. Именно это произошло с Законом о защите чести и достоинства. Тут же стали говорить, что у нас все прописано в Уголовно- процессуальном кодексе и в Конституции России. А между тем у нас не прописано главное – какова взаимная ответственность государства и гражданина друг перед другом. Помните, люди не получали зарплату по нескольку месяцев, а то и по году? Когда иностранные гости узнавали об этом, они смеялись: «Как это, человек приходит на работу и производит то, что необходимо?» – «Да». –  «И не получает зарплату?» – «Нет». – «Да ваших руководителей надо сажать в тюрьму!» Но не сажают же.  Или говорят людям: «Работы нет, три месяца вы свободны». «И что, специалист болтается на улице?» – спрашивают иностранцы. – «Да». «Как?!» – вопиющие вещи, с точки зрения западного человека.
Раньше после окончания учебных заведений молодых людей распределяли в Казань, в Сибирь, где они должны были отработать 2 года по специальности. А сегодня окончил высшее училище или университет – и занимайся бизнесом в киоске. У нас огромное количество музыкальных школ, училищ, институтов, консерваторий, которые не знают, куда девать специалистов. Артистов и музыкантов не обеспечивают работой, да и сколько можно плодить оркестры? Каждый оркестр должен кто-то спонсировать. Так что у нас положение тяжелое, но, повторюсь, не безвыходное.
– Каково ваше отношение к новым песенным конкурсам? Что вам хотелось бы изменить прежде всего на нашей эстраде? И скажите наконец, когда закончится дикая безвкусица на эстраде?
– О чем бы вы ни заговорили, все упирается в финансирование. Конкурсы проводить необходимо, но где найти средства, чтобы создать оргкомитет, разработать положение о конкурсе, пригласить артистов, устроить концертные площадки?! Все дело в средствах. А безвкусица будет процветать до тех пор, пока рекламная продукция будет занимать главное место в жизни каналов, пока не будет худсоветов и не будет востребовано настоящее искусство. А люди, считаю, сами виноваты в том, что смотрят по ТВ  программы наподобие  «Голых и смешных», поднимая их рейтинг. Думаете, почему сейчас поются совершенно жуткие по содержанию песни? Жуткие!.. Потому что рыночная экономика поглотила ТВ. По пословице, кто платит, тот и заказывает музыку, эту пошлость заказывают те, кто платит. А кто у нас «платит»? Тот, кто украл.
– Как вы относитесь к тому, что в ближайшем будущем должно возникнуть Единое экономическое пространство, в которое войдут Россия, Беларусь и Казахстан? Что думаете о Союзном государстве России и Беларуси, которое строится второй десяток лет?
– К идее создания Единого экономического (а от себя добавлю – и культурного) пространства и к строительству Союзного государства Беларуси и России отношусь не просто положительно, а с огромным энтузиазмом. Все это объединение ни в коей мере не будет возвратом к Советскому Союзу, как думают некоторые, а укрепит наше содружество в части  промышленного, экономического и культурного развития. А строительство Союзного государства тем более поддерживаю, потому что Россия объединится с нашей, славянской страной. В Беларуси я бывал неоднократно и восхищен многими вещами – чистотой улиц, площадей, фасадов домов, спокойным отношением людей друг к другу. Мне нравится, что с бандитизмом и криминалом там ведется яростная борьба и влюбленные спокойно гуляют по ночам. Мне нравится, что там следят за порядком на дорогах, по количеству автокатастроф Беларусь занимает последнее место в СНГ.
Кстати, я хорошо знаю Нурсултана Абишевича Назарбаева и всегда поддерживаю его. Он стремится к единому экономическому и культурному пространству для бывших республик СССР, потому что озабочен нашим общим развитием.  
– Каково, по-вашему, значение Международного фестиваля искусств «Славянский базар в Витебске» для нашей общей с белорусами культуры?  
– «Славянский базар» – один из самых замечательных фестивалей на постсоветском пространстве. Еще «Новую волну» можно рядом поставить. Мало у нас фестивалей, которые помогают продвинуться молодым. Но продвигают их только на фестивалях, а дальше ими никто не занимается. Проблема та же – нужны продюсеры, нужны средства.  
Беседовала
Нина КАТАЕВА