Культура и искусство

Леонид ЯРМОЛЬНИК: Меня изменила работа с Германом

Леонид ЯРМОЛЬНИК: Меня изменила работа с Германом
Леонид ЯРМОЛЬНИК: Меня изменила работа с Германом
На экраны страны вышел последний фильм Алексея Германа «Трудно быть Богом», мировая премьера которого состоялась на VIII Римском кинофестивале
После премьеры в Риме в Музее современного искусства состоялся «круглый стол», в котором приняли участие вдова и соратник Алексея Германа, автор сценария фильма «Трудно быть Богом» Светлана Кармалита, Алексей Герман-младший, проделавший большую работу по подготовке картины к прокату, оператор Юрий Клименко и исполнитель роли Дона Руматы Леонид Ярмольник.

После «круглого стола» в Риме популярный артист театра и кино, лауреат Госпремии РФ в области киноискусства, а также кинопремий «Ника» и «Золотой Овен» Леонид Ярмольник ответил на вопросы «СВ».  

– Леонид, вот уже два дня на VIII Римском фестивале настоящий праздник Алексея Юрьевича Германа – вчера перед мировой премьерой фильма «Трудно быть Богом» зрителям прочитали эссе Умберто Эко, сегодня состоялся «круглый стол» по фильму. Вы могли бы как исполнитель главной роли в картине «Трудно быть Богом» сказать свое Слово о Германе?

– Не стал бы называть эти события праздником, просто Алексей Юрьевич дружил с Марко Мюллером, поэтому Римский фестиваль уделил особое внимание мировой премьере картины, так долго создававшейся. Сегодня отдается дань уважения великому художнику, которого и при жизни-то нельзя было испортить комплиментами, а сегодня тем более мы не должны этого стесняться и должны благодарить его за то, что кинематограф вообще существует как вид искусства. Его создали такие яркие люди, как Алексей Герман. Думаю, его имя как человека, снимавшего свое кино, золотыми буквами вписано в историю мирового кинематографа. Я как-то сказал, что в кинематографе существует планета Германа, и это прижилось.

– Могли бы вы коротко сформулировать, ради чего Алексей Герман снимал свой фильм «Трудно быть Богом»?

– Чтобы мы знали, для чего нужно выживать.

– По повести братьев Стругацких Румату Эсторского воспринимаем прежде всего как разведчика и исследователя, а по фильму он скорее просветитель, учитель, гуру – что вы думаете о своем герое?

– У Стругацких Румата выписан не только как разведчик, экспериментатор и исследователь, писатели наделили его невероятными возможностями. Его нельзя убить, денег у него немерено, машинку включил – и золота будет сколько угодно. Я когда играл, понял, что это человек с заданием усовершенствовать планету, находящуюся на низшем уровне развития, сделать так, чтобы люди не повторяли ошибок землян. У Руматы это не получилось.

– Какие эмоции вызывает у вас финал фильма, когда Румата остается в Арканаре?

– Это и есть основное изменение в фильме по сравнению с повестью, самый современный момент, именно трактовка Германа и Кармалиты. Посмотрев фильм, надеюсь, вы поняли, почему он не возвращается на Землю? Потому что коллеги, друзья и соратники на Земле его предали, они ничем не отличаются от тех, с кем он боролся на этой планете, кто населяет планету на самом деле. Он остался в безвоздушном, бесперспективном пространстве, и его выбор – сознательный.

– На пресс-конференции вы поддержали утверждение Светланы Кармалиты о том, что фильм «Трудно быть Богом» – о любви, почему?

– Конечно, о любви. И вообще все хорошее классическое кино – о любви, потому что только любовь дает человеку силы противостоять невзгодам, жить, побеждать, надеяться и верить.

– Изменил ли вас фильм?

–  Меня изменил не фильм, а работа с Германом: если человек способен воспринимать происходящее, то, общаясь с Германом, невозможно не получать наслаждение от его отношения к жизни, к событиям, ко времени. Конечно, я могу сказать, что я счастливый человек, – у меня в жизни были учителя, имею в виду не только школу, но и Щукинское училище. Михаил Ульянов, Юрий Васильевич Яковлев, Этуш, я горжусь своими учителями, а многие из них гордятся мной. И я спокойно могу сказать, что Алексей Юрьевич Герман был моим учителем.

– С какими временами, по-вашему, можно ассоциировать то, что происходит в картине?

– К сожалению, с нашим вчерашним днем, с нашим сегодняшним и с нашим завтрашним днем.
Рим – Москва