Культура и искусство

Белорусская нота

Белорусская нота
Белорусская нота

К номеру:   ()


01 Мая 2009 года

Пожалуй, впервые в театральном фестивале «Золотая маска» так активно участвовали белорусы. Во внеконкурсной программе «Маска плюс» были показаны «Земляничная поляна» Минского драмтеатра им. М. Горького и «Луна Сальери» Брестского театра кукол. Белорусы участвовали и в нескольких спектаклях-номинантах. Лауреат Госпремии Республики Беларусь Александр Анисимов номинировался за работу дирижера в балете «Корсар» Пермского театра оперы и балета им. П.И. Чайковского; выпускник Белорусской академии художеств Зиновий Марголин – за оформление оперы «Братья Карамазовы» в Мариинском театре оперы и балета и мюзикла «Конек-Горбунок» во МХТ им. А.П. Чехова; выпускник Белорусского хореографического колледжа Иван Васильев – за роль Филиппа в балете «Пламя Парижа» Большого театра; выпускники Белорусского театрально-художественного института Олег Жюгжда и Валерий Рачковский – за постановку и оформление спектакля «Вишневый сад» по Чехову в Мытищинском театре кукол «Огниво».
«Я сильно фиксирован на воспоминаниях детства» – эта бергмановская фраза становится ключевой для режиссера Арнольда Каца и исполнителя роли Исака Борга –
н.а. СССР Ростислава Янковского в «Земляничной поляне». Путешествие по полянам и комнатам детства, способность ощущать «те» запахи, звуки и голоса бесценны для художника. А путешествие к «земляничной поляне» детства, подводя жизненный итог, совершает каждый думающий человек. На протяжении всего спектакля герой видит и слышит голоса «земляничной поляны», сидит за праздничным столом среди близких людей, видит ослепительно молодую мать… Пронзительность этим сценам, где все персонажи в белых одеждах, а комиковатый дядя – в венке из розовых цветов, придает живая музыка скрипачки и баяниста. Спектакль сообщает зрителю мощный импульс – желание посчитаться с жизнью, осознать свое место в мире.
Сон и явь перемешаны, в родных местах герой встречается с одиноко живущей постаревшей матерью, взрослым сыном и его женой. И какая же пропасть отделяет видение из детства от реальности, в которой отношения близких полны отчужденности. И только мать протянет ниточку к тому видению, достав из коробки детские игрушки. Бергман, великий знаток человеческих душ, подает вам знак. В финальной сцене, как бы ни хотелось герою остаться среди персонажей из детства, расположившихся, как на фото для семейного альбома, он вынужден будет переместиться в группу родственников в теперешнем облике. И так они замирают: блистающий оазис детства и – грустная явь.
«Луну Сальери» по мотивам трагедии А. Пушкина «Моцарт и Сальери» в Брестском театре кукол поставил петербургский режиссер Руслан Кудашов. Еще один «тихий», раздумчивый, философский спектакль белорусов. На безвестной планете, засыпанной песком забвения, на наших глазах оживает кукла Сальери, мучимая тем, что «правды нет и выше». Над ней проплывает странной формы луна-каркас, и начинается отчаянное действо, в котором просто художник Сальери не переживет гениальности Моцарта и отравит его. И поможет ему в этом, как ни странно, Изора – муза, которая щедро одаривает своим вниманием обоих. Страшная змея – зависть – правит здесь бал, и с течением времени ничего не меняется. И чем легче взлетает Моцарт, и чем выше парит над миром, услаждая его своей музыкой, тем безуспешнее попытки Сальери оторваться от земли и подняться к Луне, прибежищу всех безумцев. Сальери, называвший «безумцем» Моцарта, как известно, закончил дни в сумасшедшем доме.
Спектакль можно назвать пушкинским экзерсисом – столько в нем полетов, музыкальных упражнений, а также красноречивых рассуждений об искусстве музыки. Удивляет то, как спектакль заставляет «работать» зрителей, мыслить и сопереживать. А главное – он дает почувствовать разницу между моцартианством и сальеризмом, сосуществующими рядом во все времена. Высокий гуманный посыл белорусских спектаклей очевиден. Именно такой театр, казалось бы, уходящий из нашей жизни, необходим зрителю. К счастью, он жив.
Считаю, кукольный «Вишневый сад» Олега Жюгжды и Валерия Рачковского – явление в театральной жизни, потому что взрывает пьесу Чехова изнутри. Олег Жюгжда и Валерий Рачковский «все смешивают» в доме Раневской и делят персонажей на «чеховских» (в спектакле это куклы, в рост человека, как Раневская и Гаев, в рост куколок, как Петя и Аня, а Фирс – настоящая марионетка) и «постчеховских». Лопахина и всех тех, за кем будущее, играют только актеры.
Лучшим мюзиклом назван «Конек-Горбунок» в постановке Евгения Писарева во МХТ им. А.П. Чехова. Инсценировку по мотивам сказки Петра Ершова сделали братья Пресняковы. Сценография Зиновия Марголина удивительна – она распахивает просторы русской сказки и ведет за собой и детей, и взрослых. Одна рыба-кит, которая на наших глазах начинает вырастать посреди «моря-окияна», чего стоит. Какой-то миг – и это уже целый город, село, деревенская страна, где и сеют, и жнут, и пляшут, и за девками ухаживают. А когда рыба-кит открывает свое огромное недреманное око, обозревая зрителей, раздается всеобщее «ах!» на выдохе, так это здорово. А есть еще подземное царство, чисто поле с кобылицами, владения Солнца – великолепен сценограф Зиновий Марголин. И в целом высока была белорусская нота на фестивале «Золотая маска».

Нина КАТАЕВА