Культура и искусство

Ольга ПРОКОФЬЕВА:

Ольга ПРОКОФЬЕВА:
Ольга ПРОКОФЬЕВА:

К номеру:   ()


01 Октября 2009 года

Люблю сниматься в Беларуси

Всенародной любимицей Ольга Прокофьева стала благодаря телевидению – и в Беларуси и в России она очень хорошо известна под псевдонимом Жанна Аркадьевна из сериала «Моя прекрасная няня». Но театралы давно покупают билеты именно на Прокофьеву – настоящие ценители сцены понимают, какой талант заключается в этой изящной, интуитивной, интеллектуально и чувственно подвижной натуре. Ольга Прокофьева относится к той плеяде русских актеров, которые делают современный театр настоящим театром. Даже если это великий и монументальный Театр им. Маяковского. Только что в Беларуси закончились съемки двенадцатисерийного фильма «Марго. Огненный крест», где Ольга Евгеньевна снялась в главной и необычной для себя роли – сотрудницы Интерпола. И мы, конечно же, не упустили возможности поговорить с нею о ее самых свежих впечатлениях. – Ольга, ваши дороги в последнее время очень часто направлены в сторону Беларуси. Сложилось ли у вас какое-то личное отношение к этой стране?
– Я знала эту замечательную страну еще в тот период, когда мы были одной страной. С большим удовольствием ездили на гастроли с Театром Маяковского. По месяцу там жили. Есть даже свои любимые места, озера, где приходилось отдыхать. Сейчас в основном наши поездки организуют частные агентства, поэтому гастроли сократились до двух-трех дней. Но благодаря тому, что сейчас много фильмов снимается в Беларуси, я не теряю с ней связи.
– Беларусь стала своеобразной кинематографической Меккой. Понятно, что снимать там дешевле, но, может быть, дело и в особой атмосфере?
– Не будем лукавить, есть некие финансовые соображения, потому что Москва – более дорогой город. Но Беларусь – это и удивительная природа – просто неописуемая красота. Проект «Марго. Огненный крест» отчасти поэтому и снимался здесь – в фильме ведь природа играет самостоятельную роль. Снимали немножко в Минске, но в основном в Гродно. Я на машине проехала бесконечные просторы. В таком количестве аистов я нигде не видела. А потом – какие здесь дороги! Я никогда не ездила по таким российским дорогам. Мне давали рафик, когда встречали в Минске, и я умудрялась поспать 2-3 часа – настолько это было комфортно. Весь сериал – проект кинокомпании «Югра» – мы снимали в течение полугода. Спасибо режиссеру Александру Глобину – он выбрал для съемок такие потрясающие места! Если бы не фильм, я бы никогда не познакомилась с этой красотой – какие там каналы, озера, храмы, костелы…
– Когда мы, журналисты, выходим на улицу с микрофоном – поговорить с прохожими, мы хорошо чувствуем среду, которая нас окружает. И, на мой взгляд, наша среда – московская, столичная – сейчас довольно агрессивна, холодна. Вы ведь тоже снимали многие сцены среди людей. Как на вас реагировали?
– Я не буду говорить, кто сейчас агрессивный в Москве, не буду задевать эту тему – Москва становится многонациональным городом. Но то, что касается Беларуси, – это другой ритм жизни. В Минске, да и в Гродно тоже я восхищалась именно людьми. Гродно – исторический город, резиденция польских королей, потом обычный советский город. Но как там чувствуется душа белорусского народа! Видишь дом – обычная пятиэтажка. Но как украшены палисадники, какие цветы на балконах. Ведь так украшать никто не заставляет. Все это внутри тебя. Невольно вспомнишь наши неубранные дворы и понимаешь – все зависит от нас. Никакое правительство этому не научит. Я была восхищена. Красиво. Цветы, цветы, цветы. Как из маленького дворика можно сделать такой цветущий палисадник, и от этого сразу освещается город.
– Мне как «зрителю-пирату» удалось за время отпуска посмотреть все 12 серий фильма «Марго. Огненный крест». Сюжет захватывает. Как вы жанр определяете – мистический триллер, фильм-приключение?
– И то, и другое. Действие происходит в наше время, но в то же время мы погружаемся в наполеоновские похождения по России, его приключения, есть, конечно, и мистика. Но в то же время это проблемы современных людей.
– Мне ваша работа в фильме понравилась, но зрители вынесут свою оценку, когда увидят его на телеэкране. Скажите, а актриса Ольга Прокофьева после этого фильма что-то добавила в свой творческий спектр?
– Обязательно. Ведь это шесть месяцев съемок. Это проживание в состоянии этой женщины, которая почти в одиночку отважно сражается с темными силами.
– Вы играете роль «крутой» женщины, сотрудницы Интерпола, но играете ее как-то по-нашему – очень мягко и женственно. Это что, наш ответ Голливуду?
– Я не знаю. Может, это моя реакция на некий стереотип. Я очень люблю подглядывать в жизни. Когда мне говорят – познакомьтесь, это тот-то, я бы в жизни не подумала, что это лауреат Нобелевской премии или научный сотрудник. Если играть судью – то обязательно со строгой прической и в строгом пиджаке? Сколько я видела судей с какими-то белыми кудельками. Жизнь намного богаче – надо бежать от стереотипов.
– В фильме у вас постоянно какие-то «игры с дьяволом» – а вы в жизни как к мистике относитесь?
– Я немного суеверный человек, но я поигрываю со своими суевериями, и не более того. В фильме есть некоторые совпадения. Но я стараюсь помнить, что это все-таки кино, игра.
– Вы учились в ГИТИСе у Андрея Александровича Гончарова. И у вас есть режиссерские навыки. Вам это не мешает в работе с режиссерами?
– Нет, не мешает. У меня мастером-педагогом был Марк Анатольевич Захаров. Он, наоборот, в своих интервью писал, что очень любит актеров со своими режиссерскими мозгами. И всегда приветствовал в театре эту грань у артиста. Мне тоже нравятся думающие актеры. Я готова вместе с режиссером фонтанировать, но я не лидер. Я все равно хочу идти за режиссером, при этом работая вместе с ним.
– Вам везло с режиссерами?
– Да. Но у каждой, как говорят, должен быть свой. Как, например, у Яковлевой – Эфрос, у Фрейндлих – Владимиров. Может быть, у меня по жизни нет такого режиссера. Но все равно, я считаю, что мне везет. В кино с Александром Глобиным мне очень повезло. Так любить героиню или актрису в каждом кадре, так ее снимать… Мне повезло, что уже в двух проектах мы встречаемся с этим режиссером. До этого был наш фильм «Ненормальная». А познакомились мы с Александром еще в «Ералаше», где вместе сняли смешной сюжет. А вот с создателем «Ералаша» Борисом Грачевским мы скоро повезем новый фильм в Минск – на кинофестиваль «Листопад», он будет в конкурсной программе фестиваля, но уже сейчас идет в Минске. Фильм, наверное, можно назвать социальной драмой. Он – об отношении родителей и детей. Мне бы хотелось, чтобы все взрослые, посмотрев его, поняли одну важную вещь: надо держать своих детей крепко за руки и любить до бесконечности.
– Режиссеры рассказывают про вас такую легенду, что, несмотря на внешнюю хрупкость, вы как-то железно и по-мужски работаете: исполняете все прихоти режиссера, будь то связано с холодной водой, с перепадами погоды. Вы действительно на съемках такая железная?
– (Пауза) Да! Да, но мне потом страшно. Вот и в фильме «Марго. Огненный крест» бандиты макали меня в совершенно холодную воду с головой, и на горы я взбиралась, и в речку падала, и под воду уходила. На площадке я не задумываюсь. Но потом даже не понимаю, я ли это была.
– Выходит, талант в актерской профессии еще не все – необходимо огромное трудолюбие и самоотверженность?
– И трудолюбие, и терпение. За день можно снять 2-3 минуты, а холодный съемочный день длится 12 часов. И надо все время быть в форме. Пить чай, а потом, когда вышло солнце, все снять с себя и пробежаться в одной кофточке по страшному холоду. И кто собой владеть научится, тому в этой профессии намного легче.
– Вы создаете образы современных женщин – наших женщин. А какие, собственно, мы в вашем представлении? Вы ведь сказали, что за нами часто наблюдаете…
– Да, наблюдаю. Именно из жизни мне и нравится брать этих женщин, их черты, где-то жесты, где-то улыбку, где-то смех, где-то реакцию, где-то какая-то привычка, которая становится визитной карточкой в том или ином образе. Какие мы? Мы очень разные. Кто-то постарше еще не выпрыгнул из того прежнего времени, кто-то очень быстро перестроился. Те, кто помоложе, действительно научились себя уважать. Наше поколение – это сначала семья, муж, дети, а потом мы. Сейчас женщины пересмотрели такой ход вещей. Уважительнее к себе относятся. И вслед за ними перестраивается вся семья, и мужчины к ним относятся по-другому. Не надо из себя делать жертву. Никто не готов платить нам по тем счетам, которые мы пытаемся предъявлять обществу. Поэтому мне кажется, что молодое поколение более сориентировано. Они заботятся о семье, о детях, но не забывают о себе, о том, что в этой жизни надо самим состояться и стать счастливым человеком. Наше же поколение более жертвенное. Но сегодня женщины стали более самодостаточны, внутренне состоятельны и более уважительны по отношению к себе.
– Ольга, вы более 20 лет в одном театре – в «Маяковке». Почему именно в нем?
– Четверть века как я служу в этом театре, я пропиталась этим духом, я очень люблю этот театр, я хочу, чтобы он процветал. Я работаю там постоянно, много работаю. Большое спасибо Сергею Николаевичу Арцибашеву. Он достаточно меня выделил, когда пришел в театр. Когда мы с ним встретились за кулисами, первое, что он мне наговорил, – кучу комплиментов, и я была очень рада, что заслуживаю таких оценок. Потом он предложил мне работу в спектакле «Банкет», затем в комедийном спектакле «Развод по-женски», потом была драматическая роль в спектакле «Шаткое равновесие». Эти три постановки все разные. Гончаров видел меня больше в комедийных ролях и только такие роли предлагал. Арцибашев расширил мой диапазон. Я, конечно, ему за это очень благодарна. Не уверена, что Гончаров предложил бы мне трагическую роль. Когда Сергей Николаевич пришел в театр, он приглядывался ко всем и очень аккуратно вносил в театр свою эстетику. В его спектаклях много прямого открытого общения с залом, больше контакта со зрителем. В этом его индивидуальность – открытый диалог со зрителем. Работать очень интересно. И конечно, это репертуар высокого класса: Гоголь, Чехов, Достоевский, Олби.
– Вас иногда критики называют клоунессой, хотя, на мой взгляд, ваше актерское дарование невозможно определить одним амплуа. Как вы к этому относитесь?
– Я очень хорошо к этому отношусь, потому что слово «клоун» имеет две грани. Можно сказать, что ты кривляешься, как клоун. А можно назвать Юрия Никулина великим клоуном. Татьяну Васильеву называют клоунессой с ее многообразием ролей. Я очень уважительно отношусь к этому слову. Клоун – это высокий уровень мастерства. Комедийные роли – а я много над ними работаю – мне кажутся даже чуть сложнее, чем драматические. Рассмешить грамотно, красиво – это дорогого стоит.

Елена СЛОБОДЧИКОВА